К основному контенту

глядеть буду сквозь.



Я говорю ему:"ты зло. Ты убиваешь во мне все прекрасное, наивное. Делаешь меня жесткой, сильной. Я забываю какого это, быть слабой. Ты вынуждаешь меня доказывать, опровергать. Я должна быть логичной, а хочу - беззащитной. Должна владеть собой, а хочу - плакаться на плече. Твоем желательно".
Я говорю ему: "прекрати это - лгать мне и себе. Давай будем честны с обоими. Ты со мной, я с тобой и каждый между собой. Я почти научилась не врать себе, не подавлять в себе честное, бескорыстное. Не глушить чувства и эмоции. Я бы кричала сейчас, вместо шепота. А потом шептала вместо саркастичных уверенных фраз". 
Ты говоришь мне: "хватит быть такой отстраненной, холодной, неживой. Прикоснись ко мне, обними". Ты хочешь семью и дом. Девочку, а потом ещё парочку малышей. Ты почти искренен в этих своих желаниях. Я почти даже верю. Хватит, милый мой. Я спланирую жизнь свою так, чтобы больше тебя не увидеть. А если и встречу, глядеть буду сквозь. Помнится, ты ненавидел этот взгляд.

Популярные сообщения из этого блога

история трехнедельной давности.

Потому что расплата приходит за все. И за хорошим следует плохое. А за плохим хорошее, что утешает. И я хочу крикнуть ему: "сделай что-нибудь плохое, пожалуйста. хоть что-нибудь". Позволь мне испытать к тебе презрение и даже отвращение. Потому что иначе я влюбляюсь.
Потому что ты спрашиваешь как мое здоровье, беспокоишься, что что-то не в норме. Потому что тягаешь за меня тяжести и говоришь "мы". Потому что обнимаешь крепко и колешься щетиной, когда целуешь в шею. У меня, знаешь, мурашки по коже от этих прикосновений

ну, привет.

Она бежит по вечернему городу, не замечая снега, что оседает на волосах, пальто и шарфе. Что толстым слоем облепил ботинки так, что их цвета не видно. Она бежит, сосредоточенно смотря под ноги, лишь бы не подскользнуться.  Она давит в себе этот детский восторг, это желание расхохотаться прямо сейчас от распирающей радости. Улыбается и раз минуты в полторы пару нервных смешков все-таки срываются с губ.  Она думает, как это нелепо было все. Все переживания, истерики, обиды, молчание в ответ на попытки достучаться. Как же нелепо. До смешного нелепого.

история трехгодичной давности.

Она по уже сложившейся традиции ест обезжиренный творог на ужин. Не чувствует его вкуса. Она давно внушила себе, что это вкуснее шоколада. И теперь искренне в это верит. Запивает зеленым чаем, она просто любит его больше черного. И никакого кофе.
Преподносит кружку к губам и делает глоток. Обжигает язык. Морщится и от боли закрывает глаза. Ошибка. Тут же представляет Его глаза. Не специально. Он бы посмеялся, увидев, как морщится ее нос, и как забавно она высовывает язык, чтобы хоть немного унять в нем боль. Он бы обнял, и от вида его улыбки прошла бы вся боль на свете. Настолько она была прекрасна, эта его улыбка. Язык бы сразу занял свое положенное место, а она перестала бы напоминать собачонку в жаркую погоду.
Она вздыхает и медленно открывает глаза. Сердце стучит слишком громко, заглушая все прочие звуки. Хотя какие звуки? Она ведь одна. В груди знакомая тяжесть, боль бьет по вискам. Привычно.