К основному контенту

о том, как было

Как в старые добрые. Дождь барабанит за окном, пахнет чем-то копченым и мокрым. Вспоминается дом. Время за полночь, сидишь за компьютером, как и теперь, совсем недавно вернулась с прогулки. Еще час назад бежали, собирая в босоножках все лужи города. Смеялись, дрожа от озноба. А теперь в теплом свитере за компьютером и плевать, что на дворе вроде как около пятнадцати градусов тепла. Греешься, пытаясь руками прочесать влажные запутанные волосы. Безрезультатно. Завязываешь их в пучок, наивно полагая, что утром будет проще. Пишешь другу, что вроде как стало традицией и ни одна ночь без этого не обходится. Искусственно пытаетесь создать тему для разговора, пока не сдаетесь. А потом разговоры о вечном приходят сами. И вроде как глаза уже давно закрываются от усталости, но спать не хочется. Боишься упустить что-то важное. Хоть вчера так же до последнего сидела, а важное так и не случилось. Искренне веришь в то, что этот год, что проведете в километрах друг от друга, ничего не изменит. Вы все так же будете болтать вечерами, делиться сокровенным. Веришь, что эти редкие встречи раз или два в год, будут действительно особенными. Какими-то важными и лишь вашими. А год спустя будешь недоумевать, почему разговоры из ежедневных превратились в ежемесячные. Почему эта единственная встреча такая обычная, совсем без волшебства. И почему ты вдруг стала чувствовать его пренебрежение, а все о нем новости узнаешь от общих знакомых, а не из первоисточника. И подумать не могла, что год спустя будешь так же сидеть за компьютером, да немного грустить. Сейчас о том, что все меняется, что впереди одна лишь неизвестность. А затем о том, как это умудрилась не заметить момента, когда все пошло под откос. 
Сидишь возле окна, за которым стабильное постукивание капель, постукивая пальцами по клавиатуре. Грустно и домой хочется.Так сильно, что руки опускаются. А за окном все стук-стук.





P.S. На фото лишь некоторые кадры с Майской прогулки, которую мы с важным человеком осилили по грязи, лужам и под дождем. 22 км и 5 часов лесами, полями, болотами шли к цели. 
-V.

Популярные сообщения из этого блога

история трехнедельной давности.

Потому что расплата приходит за все. И за хорошим следует плохое. А за плохим хорошее, что утешает. И я хочу крикнуть ему: "сделай что-нибудь плохое, пожалуйста. хоть что-нибудь". Позволь мне испытать к тебе презрение и даже отвращение. Потому что иначе я влюбляюсь.
Потому что ты спрашиваешь как мое здоровье, беспокоишься, что что-то не в норме. Потому что тягаешь за меня тяжести и говоришь "мы". Потому что обнимаешь крепко и колешься щетиной, когда целуешь в шею. У меня, знаешь, мурашки по коже от этих прикосновений

ну, привет.

Она бежит по вечернему городу, не замечая снега, что оседает на волосах, пальто и шарфе. Что толстым слоем облепил ботинки так, что их цвета не видно. Она бежит, сосредоточенно смотря под ноги, лишь бы не подскользнуться.  Она давит в себе этот детский восторг, это желание расхохотаться прямо сейчас от распирающей радости. Улыбается и раз минуты в полторы пару нервных смешков все-таки срываются с губ.  Она думает, как это нелепо было все. Все переживания, истерики, обиды, молчание в ответ на попытки достучаться. Как же нелепо. До смешного нелепого.

история трехгодичной давности.

Она по уже сложившейся традиции ест обезжиренный творог на ужин. Не чувствует его вкуса. Она давно внушила себе, что это вкуснее шоколада. И теперь искренне в это верит. Запивает зеленым чаем, она просто любит его больше черного. И никакого кофе.
Преподносит кружку к губам и делает глоток. Обжигает язык. Морщится и от боли закрывает глаза. Ошибка. Тут же представляет Его глаза. Не специально. Он бы посмеялся, увидев, как морщится ее нос, и как забавно она высовывает язык, чтобы хоть немного унять в нем боль. Он бы обнял, и от вида его улыбки прошла бы вся боль на свете. Настолько она была прекрасна, эта его улыбка. Язык бы сразу занял свое положенное место, а она перестала бы напоминать собачонку в жаркую погоду.
Она вздыхает и медленно открывает глаза. Сердце стучит слишком громко, заглушая все прочие звуки. Хотя какие звуки? Она ведь одна. В груди знакомая тяжесть, боль бьет по вискам. Привычно.